ПРОЕКТ РОССИЯ

Так называется книга Сергея Дмитриевича Баранова и Дмитрия Владимировича Конова, — научная монография, написанная для чтения вдумчивого читателя, углублённо изучающего «русскую тему». Авторы пишут, что единая русская нация существует и соответствует образу современного человека, в том числе и на Украине, и в Белоруссии.

На вопросы нашего корреспондента отвечает Сергей Дмитриевича Баранов.

Корр.: Что такое нация?

Сергей Баранов: Нация — явление сложное. Абсолютное большинство народов мира не являются нациями. Нация — это развитая разновидность народов, с плотными внутренними связями, общей культурой, языком и большой территорией. Не всякий народ может стать нацией. Нация — коллективное, а не индивидуальное понятие. Поэтому принадлежность человека к той или другой нации не опирается на его субъективные черты или его мнение. Она выше человека, но не является единым родовым, родственным понятием, в отличие от племенной общности. Нация предполагает постоянное информационное поле, связь между людьми. Это не идеальная, а компромиссная, «земная» форма совместного существования людей, относительно более близких друг другу, чем к другим народам. Из нации не следует делать идола, в особенности православным людям. Её нужно воспринимать как наш общий дом, среду обитания.

Корр.: Каковы факторы, формирующие нацию?

Сергей Баранов: Это общий язык, территория, ограничиваемая другими народами, общая экономика, отношение к труду и структура распределения прибавочного продукта на индустриальной основе, социальная структура, общая государственность и политическая жизнь, общность культуры, религии и мифологии, а также психическая сходность характеров. Большую роль играет и общий этноним, точнее эндоэтноним — самоназвание. И, конечно, сознательное и организованное стремление людей защитить свой народ, национализм в мягком, научном смысле слова.

Что из перечисленного стало главным для русских? На мой взгляд, всё же единое государство. Народ должен государство уважать, другого у нас нет.

Корр.: Какова численность русской нации?

Сергей Баранов: Общая численность русской нации располагается в границах между 170 и 180 миллионами человек. Это довольно много, но меньше, чем у трёх других крупнейших наций: китайцев, индусов и американцев.

Корр.: Кого вы считаете русскими?

Сергей Баранов: Мы считаем русскими тех людей, которые включены в жизнь и в социальные связи нации. Роль ключевого индикатора играет русский язык как родной. Важно также проживание в географически цельных русских сообществах: государствах или регионах, местностях. Все великороссы СНГ составляют 75% русской нации, или 136—137 млн. человек. Второй по значимости субэтнос — украинцы. Их как минимум 20—21 млн. человек, или 11% всей русской нации. Белорусов 10—11 млн. человек или 5,5% русских. Прогноз в отношении белорусов оптимистичен — полное присоединение к русской нации. Особенность в присоединении украинцев и белорусов к русской нации — добровольная интеграция, привнесение своего в общее русское начало, в отличие от ассимиляции неславянских народов. Неславянская часть русской нации составляет 8,5 %.

Этот фактор, выводящий русских в число крупнейших наций, является предметом манипуляций враждебных сил. Рассчитывая на примитивные эмоции обывателя, они жонглируют отдельными фактами о засилье нерусской власти в Российской империи и СССР. Наша работа как раз и призвана определить, какие же народы и в какой мере являются русскими.

Корр.: Какова роль Православия в формировании русской нации и в её сегодняшнем этническом состоянии?

Сергей Баранов: Православие — это «наше всё». Оно сделало из языческих племён великорусскую, малорусскую и белорусскую народности. Русских не было в дохристианскую эпоху. Православие упразднило племена и язычество. Ещё ранее оно создало русскую народность как городской слой и слой феодальных родов, создало неповторимую одухотворённость русского человека, структуру его личности. В XVII, XVIII, XIX веках оно подготовило и начало духовное объединение восточных славян в одну нацию. В доиндустриальную эпоху Православие было важнейшим признаком русской идентичности. И до сих пор, после развала СССР, Церковь — единственный сохранившийся институт, объединяющий Россию, Белоруссию и Украину, как незыблемую твердыню. Однако сегодня, после времени секуляризации, получилось так, что русский — не всегда православный. Нередко Православие в теориях новейших националистов подаётся как инструмент подавления истинного «русского арийского языческого духа». Но, повторяем, не было русских до христианства на Руси — были психологически другие люди, хотя и похожие на своих потомков.

Христианство не просто наслоилось на человека, как считают сторонники психоаналитических теорий, оно перевернуло личность славян. Личность стала самостоятельной, ответственной перед Богом, не управляемой коллективными инстинктами, требованиями и запретами.

Без Православия русская нация зачахнет, потеряет свои яркие черты и сопротивляемость, будет легко предавать себя. В ней возобладает животное начало.

Корр.: Можно ли считать Россию многонациональным государством?

Сергей Баранов: У нас есть много народов. Это — богатство. Но вопреки расхожему мнению, Россия не является многонациональной страной, её можно назвать таковой лишь с натяжкой или очень формально. Россия — страна одной нации плюс национальные меньшинства, в том числе проживающие компактно в титульных национально-территориальных образованиях. Это научно корректная формулировка.

В России 87—90% русских, 5—7% лиц с русской культурой, хотя и нерусскими корнями. Чувствуете разницу между понятиями «многонациональная Россия» и «одна большая страна плюс много маленьких»?

Говорят, что-де многонациональная Россия развалится, сгорит в огне конфликтов, если политика будет проводиться в интересах русской нации. Это ложь, рассчитанная на тех, кто не хочет думать об истинном положении вещей. Территории других народов, где русских меньшинство, ничтожны, им некуда отделяться.

Многонациональный народ — это кухня коммунальной квартиры, ссоры в которой неизбежны. Национально-государственная политика 1990-х — это политика стравливания народов, в частности, натравливания их на русских, да и друг на друга, с целью отвлечь от происходящего вокруг.

Каков выход из этой ситуации? Опора стабильности в России — это русский народ, абсолютное большинство граждан. На него и должно опираться Российское государство, чтобы в нём был порядок. Россия не коммунальная квартира. Здесь у всех народов есть свои территории и ниши. Каждый народ имеет свою ценность, но это не значит, что под видом «многонациональности» можно игнорировать русский народ.

Вернётся хозяин и наведёт порядок. Национальная революция нам не нужна, так как непонятно, кто на сей раз воспользуется её плодами, какие «марсиане», а вот поменять национальное устройство России придётся.

Сменить национальную концепцию государства, внутреннюю и внешнюю политику, сделать Россию более русской, не ущемляя ничьих прав, не доводя до революции, — надо. Сменить чуждую России и вообще Восточной Европе толерантность с её запретами на справедливый баланс народов, в соответствии с их весом и вкладом, уважение закона, прав и свобод, достоинства людей. Русские — носители идеи национального равенства, так как они — единая нация, где все люди имеют своё место под солнцем, свои права.

Корр.: Видите ли Вы связь своей работы с тем, что происходит в последние месяцы в России?

Сергей Баранов: Происходит то, что должно было произойти. Самосознание русских последние 20 лет существенно меняется. Не так быстро, — как говорится, русские долго запрягают, но быстро едут. Больше всего национально ориентирована молодежь, она нуждается в новом, сильном образе русской нации. Ей нужна её современная концепция, чтобы уберечься от ошибок, иметь адекватную картину страны, не теряться в мире глобализма и мультикультурализма. Иначе она будет питаться ксенофобскими отходами жизнедеятельности всякого рода маньяков, идеологическими ядами, которые им готовят на глобалистской кухне. Нужно уверенное понимание ситуации, своего народа, своей культуры. Для этого и написана наша книга: как научный источник более популярных трактовок. Русская нация как механизм мышления и жизни — это современность, это наше будущее